Ночь. К Эльбрусу прикован стою я во мгле,
Мысли, чувства, желанья свои затая.
Капли крови бессильно цветут на скале -
И я вдруг понимаю: скала - это я.

И орел, что рвет печень мою на куски
И терзает во мраке несбыточных дней -
Это я. Так рассудка словам вопреки
Я в азарте глумлюсь над душою моей.

Ноябрь 1982 г.

Е.Т.

Мы попали с тобой в ледяное болото:
Холод, холод вокруг, и чуть слышно смерзается лед.
Здесь когда-то "легла в 43-м пехота",
Здесь сегодня трубят егеря день и ночь напролет.

Занесло нас Судьбой, - у Судьбы, как у бабы, причуды.
Занесло, заморозило тонкою коркою льда.
Я не знаю - куда? Ты вопрос подменяешь: "Откуда?"
Неужели ответа теперь мы с тобой не найдем никогда?

Но сегодня, пока я с тобою, и в этом болоте
Мне не страшны ни лед, ни удар ножевой втихаря.
Легче мне, чем тогда в 43-м пехоте,
Хоть и знаю, что будут потом и на нас егеря.

1984 г.

1919 год

Год страшный, тифозный.
И день был морозный,
Такой, что обозный
От вьюги дрожал.
И вдруг - свист шрапнели,
У леса - шинели,
И мы не успели
Устроить привал.

Что же, снова досталось пехоте -
Отступать - красный полк на хвосте.
Отступая, завязли в болоте,
Но завязли в болоте и те.

Поручик Васильев
Чуть встал - подкосило.
И смертью носилась
Над нами шрапнель.
Под мерзлою коркой
Не пахнет карболкой,
Кругом только волки,
И рвется метель.

Кто ж ошибся? Опять мы в цейтноте.
Неужели нам плыть в пустоте?
Мы сегодня завязли в болоте,
Но завязли в болоте и те.

Сегодня я знаю,
Меня поминают
И стол накрывают,
Хоть годы прошли.
Не надо кручины, -
Не сменишь судьбины
Ни нашего сына,
Ни Русской земли.

Да, нас сбили, как птицу на взлете,
Но стрелку тоже быть на кресте
Мы навеки завязли в болоте,
Но завязли в болоте и те.

1984 г.

Временно исполняющему обязанности заведующего лабораторией

Как Янус, два лица имеет, паразит! -
Природного и нажитого скотства.
Одним он в прошлое - в лицо сотрудникам глядит,
Другим же в будущее - в жопу руководства.

1984 г.